У Вас в браузере отключен JavaScript. Пожалуйста включите JavaScript для комфортного просмотра сайтов.

Переключиться на мобильную версию.
Новости
Видеопродукция
Книги
Афиша
Жалобы
Архив Объявления Акции Работа
Презентация
Архив газет
О нас

23.11.2011 Как освобождали наш город осенью 1943 года

Как освобождали наш город осенью 1943 года

Уже 68 лет отделяют нас от 26 ноября 1943 года, когда, отступая перед частями Красной Армии, немецкие войска оставили наш город. Казалось бы, история давно расставила все точки над «i». Однако чем больше времени отделяет нас от тех событий, тем больше споров разгорается. Не секрет, что сегодня находятся желающие пересмотреть результаты войны и на глобальном, и на местном уровне…

«ПРАВДА О ВОЙНЕ» ОТ «ДОЙЧЕ ВОХЕНШАУ»?
Время от времени появляются публикации, в которых прямо утверждается – во время войны Гомель разрушили вовсе не фашистские войска, а, дескать, советская авиация и артиллерия. Мол, Советская власть и до войны не жаловала «исторический облик» города(имеются в виду церкви и синагоги), ну а во время боевых действий, «пользуясь случаем», и вовсе решила стереть его с лица земли. Что ж, давайте обратимся к фактам и документальным свидетельствам.
Для тех, кто не желает верить «советской пропаганде», в качестве наиболее весомого аргумента порекомендуем пропаганду вражескую. Создателей геббельсовских кинофильмов уж точно не заподозришь в симпатиях к СССР. Мы уже рассказывали на страницах «Вечерки» о ленте немецкой киностудии «Дойче вохеншау», снятой в августе 1941 года, сразу после оккупации Гомеля. На этих кадрах хорошо видно, во что превратился наш город в результате бомбардировок немецкой авиацией и последующих артобстрелов. В том фильме хоть и с трудом, но узнаются улицы Советская, Комсомольская(ныне – проспект Ленина), Пролетарская, центральная площадь города. Узнаются не сразу потому, что все они лежат в руинах. И действительно, это явно не результат подрыва зданий саперами каких-нибудь «спецкоманд НКВД». Ведь при закладке зарядов взрывчатых веществ дома были бы снесены до основания. Трофейный фильм же зафиксировал, с присущей немцам педантичностью, обгоревшие коробки гомельских домов с разрушенными перекрытиями – это результат прямых попаданий авиабомб и снарядов. Бомбить Гомель – крупнейший железнодорожный узел Беларуси, пилоты люфтваффе начали с первого дня войны. В город на парашютах забрасывались спецгруппы абвера для наводки на цель своих бомбардировщиков. Нетрудно представить, какие страшные разрушения были нанесены городу почти за два месяца воздушных налетов. А если трудно – смотрите киноотчеты «Дойче Вохеншау»…
ГОМЕЛЬСКИЕ  «ОСТАРБАЙТЕРЫ»
В сентябре 1943 года части Красной Армии стали стремительно приближаться к нашему городу. Располагавшиеся на гомельском направлении 2-ая, 4-ая и 9-ая немецкие армии из группы армий «Центр» были намерены задержать ее успешное продвижение. Для этого на сожско-днепровских рубежах давно готовился «Восточный вал» – широко разрекламированная в Германии мощная линия оборонительных сооружений. Гомель фактически являлся одним из его узловых пунктов. Само строительство этого «вала» стало подлинной трагедией для тысяч наших земляков. Ведь сооружался он руками мирного населения, принудительно мобилизованного на работы отделами «Zivilarbeitsdienstabteilung»(ZADA). При каждой дивизии вермахта формировались «рабочие батальоны» численностью не менее 1000 человек. Строительство укреплений велось силами «остарбайтеров», согнанных за колючую проволоку лагерей под открытым небом. Не выполнявших производственную норму «саботажников» расстреливали и вешали. А командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал фон Клюге даже издал распоряжение о привлечении к работам детей в возрасте от 10 лет.
Десятки тысяч жителей Гомеля и области угонялись на Запад под видом «гуманитарной миссии» – «эвакуации из прифронтовой полосы». «Цивилизованные европейцы» гнали людей на принудительные работы в Германию как скот, выгоняя из домов женщин вместе с маленькими детьми. Бабушки из поселка Хальч Ветковского района без всяких прикрас рассказывали, как немцы гнали их холодной осенней порой по раскисшей дороге, а тех, кто отставал, – просто пристреливали…
ПРОРЫВ «ВОСТОЧНОГО ВАЛА»
В сентябре 1943-го части Центрального фронта, освободив Чернигов и Брянск, вышли на гомельское направление. Фронтом командовал Константин Рокоссовский, по праву считавшийся одним из лучших советских военачальников.
Все предыдущие 11 попыток Западного фронта перейти в наступление на белорусском направлении окончились провалом. Дело в том, что его командование бросало людей «в лоб» на вражескую оборону, без должной подготовки. Иные принципы ведения войны исповедовал Константин Рокоссовский. Воевал, как наставлял другой великий полководец Суворов, не числом, а умением. И жизнь подчиненных никогда не была для него просто «статистикой потерь», все свои операции он готовил с максимальной тщательностью, сберегая солдатскую кровь…
Впрочем, здорового честолюбия будущий Маршал Советского Союза и министр обороны народной Польши тоже не был лишен. Незадолго до этого он мечтал об освобождении Киева силами «южных» армий своего фронта – 13-й и 60-й. Однако эти армии у Рокоссовского забрали, передав вместе с Киевом Воронежскому фронту Ватутина. Не помог даже личный звонок Сталину. Вместо Киева Рокоссовскому поручили Гомель. Возможно, в ответ на сетования командующего Центральным фронтом, генералиссимус с кавказским акцентом просто произнес в трубку:
– Знаэтэ, товарищ Рокоссовский, Гомель тожэ для нас важный город…
В конце сентября 65-я армия Павла Батова вышла к Сожу севернее Гомеля. Генерал Батов – любимец Рокоссовского, георгиевский кавалер, участник гражданской войны и национально-революционной войны в Испании,(впоследствии – дважды Герой Советского Союза, награжден восемью орденами Ленина…)Непосредственно к городу подошла 48-я армия Прокофия Романенко, бывшего конармейца.
Временно Гомель стал столицей Беларуси. В Новобелице разместились правительство БССР и ЦК Компартии Беларуси. 1-й секретарь ЦК Пантелеймон Пономаренко возглавлял также Центральный штаб партизанского движения и был членом Военного Совета фронта. С его помощью между Красной Армией и Гомельским партизанским соединением Ильи Кожара было налажено тесное взаимодействие.
Форсировать Сож с ходу и тут же выбить немцев из Гомеля не получилось. Хотя 48-й и 65-й армиям удалось в нескольких местах переправиться через реку, враг оказывал отчаянное сопротивление. И тогда Рокоссовский разрабатывает новый оперативный план.
Он вновь отводит 65-ю армию с западного берега Сожа на восточный. И вместе с частями 48-й скрытно перебрасывает на новое направление главного удара – под Лоев. Маневр этот был тщательно замаскирован. Части, оставленные на прежних позициях, очень искусно имитировали присутствие больших армейских сил. Даже за водой солдаты продолжали ходить теми же тропами и в том же количестве, что и ранее…
Для отвлечения внимания немецкого командования 12 октября 3-я армия Александра Горбатова и 50-я Ивана Болдина начали отвлекающий удар севернее Гомеля. Генерал Горбатов – поклонник Суворова, бывший гусар 17-го Черниговского полка, в Красной Армии – командир Черниговского полка червонного казачества. Впоследствии он станет комендантом Берлина и командующим советскими ВДВ. Сам Рокоссовский признает, что решение бросить в бой 3-ю и 50-ю армии далось ему «с болью в сердце» – сил у правого крыла фронта было явно недостаточно, ведь все резервы стянулись на левое крыло. И 3-я, и 50-ая армии после нескольких дней тяжелых боев на западном берегу Сожа были отброшены на исходные позиции. Но враг поверил, что главное направление удара будет именно здесь…
И вот 15 октября начинается форсирование Днепра в районе Лоев-Радуль. В воздухе – штурмовики Ил-2 из 16-й воздушной армии генерала Сергея Руденко. На таких, к слову, воевал Герой Советского Союза, гомельчанин Григорий Денисенко. Построив «карусель», «летающие танки» один за другим заходят на вражеские позиции, поливая их из пушек и пулеметов, поражая ударами реактивных снарядов. Бьет советская артиллерия и «катюши», но и враг не молчит – днепровская вода кипит под градом пуль и осколков. А по реке на лодках, плотах и просто на подручных средствах устремляются к вражескому берегу наши батальоны. Им предстоит преодолеть 400 метров воды и огня… Гибнут, уходят в ледяную воду один за другим красноармейцы, но все же первые штурмовые группы уже на берегу. Одними из первых ступают на него разведчики Петра Пахомова и стрелки комвзвода Петра Акуционка. Бойцы цепляются за каждый метр родной земли. Она – единственная защита солдата под адским огнем. И вот, наконец-то, «гаснут» одна за другой вражеские огневые точки, еще немного – и боевое «ура» разносится по высокому берегу Днепра, щедро политому кровью белорусов и русских, украинцев и узбеков. Пехота идет в атаку, враг отброшен от водной кромки, начинается переправа тяжелой техники и основных сил армии. За форсирование Днепра у Лоева 220 человек получили звание Героя Советского Союза. Часть из них – посмертно…
КРАСНАЯ КОННИЦА НА «ЛИНИИ ПАНТЕР»
Пресловутый «Восточный вал» был взломан. Но в 20 километрах от Днепра Красную Армию ждал вражеский «сюрприз» – еще один мощный оборонительный рубеж. Более того, здесь были сосредоточены недавно поступившие на вооружение вермахта новейшие образцы бронетехники – танки «пантера» и самоходки «фердинанд». Здесь «панцерваффен» предпочитали действовать из засады и с укрепленных позиций. Рокоссовский вынужден был остановить наступление фронта на этом направлении.
При этом командующий не побоялся отступить от плана Сталина продвигаться без остановок. Несмотря на то, что в зловещем 37-м он сам, как и генерал Горбатов, был арестован по ложному обвинению. Рокоссовский и командование фронтом предпочло взять «паузу», перегруппировать свои войска и подтянуть резервы, а не губить людей понапрасну, в угоду вышестоящему руководству.
10 ноября наступление теперь уже Белорусского фронта было возобновлено. Началась Гомельско-Речицкая операция. Немцы снова «купились» на отвлекающий удар справа 11-й армии Ивана Федюнинского, получившего звание Героя Советского Союза еще за бои с японцами на реке Халхин-Гол, и 63-й армии Владимира Колпакчи. Главный же удар был вновь нанесен 65-й армией Батова и приданных ей резервов фронта с лоевского плацдарма. Рокоссовский сознательно шел на риск – все силы были собраны в кулак именно на этом участке, случись что – затыкать дыры командованию фронта было бы нечем. Но риск, основанный на тщательном расчете своих и вражеских сил, бывает оправдан. Более того – ведет к победе…
После мощной артподготовки в прорыв пошли 1-й Донской гвардейский танковый корпус генерала Михаила Панова, 9-й гвардейский танковый корпус Бориса Бахарова, 2-й гвардейский кавалерийский корпус Владимира Крюкова и 7-й гвардейский кавалерийский корпус Михаила Константинова.
Боевые порядки ударной группировки в тех боях выглядели так – во главе построения шли «клином» две танковые бригады, за ними двигалась конница, тыльную часть такого «ромба» замыкала еще одна танковая бригада. Комкор Бахаров прославился тем, что лично водил свой танк в атаку, а немцы назначили за его голову награду в 1,5 миллиона марок. Командиры кавалерийских корпусов Крюков и Константинов служили в свое время в 6-й Чонгарской Кубано-Терской казачьей кавдивизии имени С.М. Буденного, стоявшей до начала второй мировой войны в Гомеле, а генерал Константинов даже командовал ею в 1941 году. Кавалерия вообще сыграла немалую роль в боях за Гомельщину. Нет, всадники вовсе не ходили в сабельные атаки на бронетехнику, как это представляла немецкая пропаганда в начале войны. Но лучшего средства передвижения по полесским лесам и болотам, чем лошадь, просто не было. Лесными тропами кавалерийские эскадроны могли выйти и во фланг, и в тыл врага, а там, спешившись, действовать уже огнем и ударом. А случалось быстро расстроить вражеские порядки – преследовали немцев и в конном строю, с шашками наголо…
17 ноября 1943 года немцы под натиском советских войск стали покидать Речицу. После того как Речица была освобождена частями 65-й и 48-й армий, оказавшихся далеко в тылу у гомельской группировки противника, а севернее Гомель все глубже охватывали соединения правого фланга Белорусского фронта, дела у фрицев стали совсем плохи. Через несколько дней наша разведывательно-диверсионная группа, заброшенная для оперирования на линии Речицкого шоссе, послала донесение – немецкое командование, опасаясь окружения, начинает эвакуацию. 26 ноября части 11-й армии Федюнинского, 48-й армии Романенко и 3-й армии Горбатова полностью освободили город.
Потери, понесенные Белорусским фронтом в ходе Гомельско-Речицкой операции, составили 21 650 человек убитыми(2,6 % от личного состава фронта)и 66 556 ранеными(8,7 %). Для сравнения: Западный фронт до этого потерял свыше 330 000 человек. Немалая заслуга в этой крупной победе, наряду с мужеством тысяч бойцов и офицеров, принадлежит и почетному гражданину Гомеля Константину Рокоссовскому…
ЗАМИНИРОВАННЫЙ ГОМЕЛЬ
О первых часах в освобожденном Гомеле также был снят фильм советскими фронтовыми операторами. На его кадрах запечатлены сцены городских боев в Гомеле, атака танкистов и кавалеристов, разминирование. И «бандит Катя» – командир партизанского отряда Варвара Вырвич, за поимку которой комендант Добруша обер-лейтенант Брокман сулил 3 000 марок, 5 пудов соли и 25 гектаров земли. 80 процентов зданий в Гомеле были уничтожены. Такой же процент разрушений был и в Сталинграде. Из 150 000 довоенного населения в Гомеле едва насчитывалось 15 тысяч. При этом около 40 000 гомельчан были замучены в концлагерях либо угнаны на работы в Германию.
Немецкие фашисты решили напоследок громко хлопнуть «дверью» и разрушить всю городскую инфраструктуру, не дать ее использовать Советам. Конечно, город не мог не пострадать в ходе двухмесячных боевых действий, что велись за его освобождение. Но «основную работу» при этом выполнили оккупанты… Согласно показаниям военнопленных, саперы штрафного батальона вермахта получили приказ на уничтожение города. Старожилы вспоминают – особенно усердно орудовали факельные команды, например, в Залинейном районе. Если хозяева отказывались покидать свои дома, их жгли вместе с людьми…
Некоторые же здания оказались на удивление целыми. Такие, как, например, Дом Парижской Коммуны, Дом специалистов, здание банка и другие, наиболее приспособленные под размещение советских штабов и учреждений, остались вроде бы нетронутыми. Но только на первый взгляд… На самом же деле они таили коварные ловушки – мины-«сюрпризы» зарядом от 50 до 150 кг взрывчатки. Причем с замедлением взрывателя до 20 суток. Обживайтесь, дескать, на здоровье. Однако советских саперов и военных контрразведчиков уже трудно было провести на германской «мякине». Минеры из 1-й гвардейской Краснознаменной отдельной инженерной бригады особого назначения обезвредили все вражеские «подарочки».
Даже после освобождения воздушные налеты на город и железнодорожный узел продолжались. Что также зафиксировано теми же немецкими кинооператорами. Только после успешного завершения операции «Багратион» летом 1944 года, когда вся белорусская земля была очищена от вражеских захватчиков и их пособников, гомельские дети перестали вздрагивать, заметив в небе черную точку…
Не стоит об этом забывать. Никогда, ни при каких обстоятельствах.
Юрий ГЛУШАКОВ, историк

При копировании материалов ссылка на сайт обязательна.
Просмотров: 595

Комментарии